.: Поиск :.
-
.: Случайные фото :.
.: Партнеры :.
.: Рубрики :.
.: Страницы :.
Догон
Светло-серый борзой кобель Догон русской степной породы за три года своей жизни не догнал ни одного зайца, ни лисы. Но переловил всех соседних кошек. Соседи ругали собаку вместе с его хозяином Иваном за то, что тот не привязывает его. И никто не хотел слушать его объяснений, что борзую собаку нельзя привязывать, она потеряет скорость, хотя скорости у Догона не было. Когда он бежал за машиной, развивал всего 60 километров в час, а чтоб поймать зайца, надо набрать скорость не менее 80 километров в час. И все советовали Ивану избавиться от такой бесполезной собаки. У Ивана была кошка, которая ходила сама по себе, не обращая внимания на собаку, и Догон не замечал ее. Кошка окатила четырех котят, а когда они подросли, хозяин их раздал соседям. Обжившись, котята бегали каждый около своего дома. И Догон, проходя мимо, их не трогал, «А разбирает своих», – говорили соседи.
Догон и в самом деле был умной и послушной собакой и любил своего хозяина. Иван тоже ценил его способности душить кошек, а также его победы над соседним кобелем – восточно-европейской овчаркой по кличке Дунай. И он не сомневался, что от этой собаки когда-нибудь, но толк будет. У соседа вместе с Дунаем жила еще одна собака, тоже овчарка, по кличке Аза. Когда у нее начиналась течка, она сама прибегала к Догону, и у них была своя необыкновенная любовь. Дунай ревниво нападал на Азу, но Догон защищал ее, задавая трепку Дунаю. Аза уже дважды приносила щенят. Первым был уже год, и они тоже бегали по улицам у деревенских мальчишек. Черные в мать Азу, и длинноногие и горбатые, как Догон. Мальчишки говорили между собой, что и полуборзые бывают лучше борзых. И с наступлением зимы будут ходить с ними на охоту.
И вот наступило открытие охоты по пушнине. Иван с Догоном и двое ребят с его черными сыновьями по кличке Полет и Ураган вышли на охоту. Ходили они не долго, как в одной из лощин в высокой не скошенной траве подняли зайца. Собаки были не на поводках, а произвольно бегали по полю, в то время как охотники шли специальным полукругом «подковой» на расстоянии ста метров друг от друга. Поднявшись, заяц закрутился на месте, так как впереди были собаки, а сзади и с боков охотники. Догон первым заметил зайца и с неведомой ему скоростью погнался за ним. Расстояние сокращалось с каждой секундой. Заяц, чуя неминуемую гибель, помчался прямо на молодого охотника Николая, рассчитывая подвернуть за него и оторваться от собаки. Николай, увидев бегущего на него зайца, отступил в сторону и подставил бегущему зайцу левую ногу, тот сходу ударился об нее. От удара Николая развернуло на сто восемьдесят градусов, и он упал на землю, а заяц, отскочив от него, оказался в зубах Догона.
Тут же подбежали черные молодые кобели, но Догон, злобно зарычав, отогнал их. Подошел Иван и стал гладить и хвалить Догона с первой его удачей, дал ему колбасы, которую взял на охотничий обед. Догон довольно завилял хвостом и уступил зайца хозяину.
На следующий день Догон пропал и появился после обеда вместе с черными сыновьями, притащив зайца. Иван удивился и обрадовался такому поступку собаки, похвалил и покормил собак. И так они всю неделю таскали зайцев. Люди не раз видели, как свора из трех собак прочесывала поле за полем, и, подняв зайца, Догон начинал его преследовать, а черные сыновья, определив круг, по которому пойдет заяц, бежали на перехват и ложились, сливаясь с местностью. Подпустив зайца в упор, вскочив, делали рывок и, нападая с двух сторон, ловили его. Подоспевший Догон по праву старшего и самого сильного брал зайца и нес его хозяину.
Молва об этих собаках быстро обошла округ, и к Ивану приехал охотинспектор прямо в тот самый час, когда собаки притащили зайца. Возможно, он проследил за ним и, застав с поличным, потребовал у Ивана документы на сезонную охоту по пушнине, которых у Ивана не оказалось. Инспектор приказал привязать собак и выписал штраф за браконьерство.
Догон второй день сидел на цепи, которую сначала пытался перегрызть, но, поняв, что это бесполезно, бросил эту затею. На его шею давил ненавистный ошейник, до которого нельзя было дотянуться, чтобы сорвать. Он лежал возле своей будки, положив длинную морду на передние лапы, не понимая, за что его так наказали, и, нервно вздрагивая всем телом, искоса посматривал на дверь дома, из которой должен появиться хозяин и отвязать его. Хозяин появился к вечеру, подошел и, не думая его отвязывать, молча налил мясной похлебки в его кормушку, кастрюлю. Догону совершенно не хотелось есть и он продолжал лежать, еще больше убитый холодным невниманием хозяина. Пришла его подруга Аза и, виляя хвостом, лизнула его в морду. Догон улыбнулся ей глазами, понимая, что она больше ничем ему помочь не сможет. У Азы были щенки и повышенный аппетит, и она с удовольствием съела обед своего друга.
Вот пошел шестой день, как Догон находился в плену. Нервы его сдали, он жалобно скулил и завывал в отчаянии. Все это время он ничего не ел, отдавая все Азе, и Иван не мог понять, почему. Догон так исхудал, что и без того его тощие бока совсем провалились, а на горбатой спине среди ощетинившейся шерсти торчали позвонки. Ивану стало жалко собаку и вечером он отвязал его. Обрадованный Догон лизнул хозяина в руку и весело забегал вокруг дома. Иван принес ему овсяной каши, он съел все без остатка и, устав и опьянев от еды, прилег у своей будки. Но тут же встал и ушел от этого нехорошего места.
Утром Иван принес Догону еду и, позвав его, тут же надел на него проклятый ошейник. У него сразу пропал аппетит, и душа заныла в тоске по опять потерянной свободе. Вечером Иван отвязал его, но утром, когда он принес еду и стал подзывать Догона к себе, он встал на дороге и, недоверчиво глядя на хозяина, не хотел к нему подходить. Иван сам решил подойти к собаке. Но Догон, поджав хвост, бросился бежать. Рассердившись, Иван угрожающе стал кричать ему вслед, что еще больше насторожило и напугало собаку. Через день, проголодавшись, Догон ночью прибежал к дому, но кастрюля была пустой.
Иван специально вечером приносил еду в кастрюлю, но на запах прибегала Аза и все съедала, а куски и кости утаскивала своим щенятам. Поэтому Догон, прибегая ночью домой, еще несколько раз находил кастрюлю пустой. Жить он стал на другом конце деревни со своими черными сыновьями, потихоньку объедая их. Молодых черных кобелей их хозяева не привязывали, потому что к ребятам не приезжал охотинспектор и они одни в поле не ходили. Но вот с появлением отца, опять объединившись, пошли на охоту. И заново в установленном порядке стали ловить зайцев и по примеру Догона, который был голодней всех, стали их есть.
Но вскоре выпал глубокий снег, и собакам стало тяжелей ловить зайцев, которых в округе почти не осталось. Покушав горячей крови и парного мяса, у всех трех собак загорались глаза при виде любой живности, бегущей по деревни. Хозяева черных собак ходили в школу и почти ими не занимались. И все трое были предоставлены сами себе. И вот однажды, прочесав несколько полей и не подняв ни одного зайца, голодная свора, пробегавшая мимо соседней деревни, увидела небольшое стадо овец, которых выпустил хозяин, ремонтируя их сарай. Собаки бесшумно, как птицы, налетели на это стадо. Догон сходу рванул за горло крайнюю овцу, черные сыновья схватили ее за ноги и, повалив, распороли ей живот и стали рвать и глотать парное мясо из ее еще живого тела. Увидев такое, хозяин схватил вилы и стал отгонять собак, но они не хотели отдавать добычу, и в черных кобелях заиграла кровь овчарки. Они, ощетинившись, набросились на него и покусали за ноги. Но мужик, обороняясь вилами, сильно уколол черного Вихря в зад. Увидев такое дело, собаки бросили овцу и отступили.
На второй день к Ивану приехал участковый с двумя охотниками с ружьями. Потребовал от него Догона, выплаты компенсации за съеденную овцу, за моральный и физический ущерб, нанесенный хозяину овец, и штраф за неправильное содержание охотничьей собаки. Иван ухватился за голову и стал оправдываться, что кобель перестал его слушаться и совсем ошалавился, а застрелить его у него не поднимается рука. «Тогда это сделаем мы», – сказал участковый, и они поехали на край деревни, где сразу встретили неразлучную тройку. Увидев чужих людей с ружьями, Догон сразу почуял недоброе и бросился за сарай в заросший сад. Сыновья последовали за ним, и тут же послышались выстрелы и предсмертный визг не успевшего убежать раненого Вихря. Мелкая картечь просвистела им вслед и ранила в зад Полета. Охотники, надев лыжи, стали преследовать подранка и добили его.
Усчастлививший Догон два дня отсиживался за деревней в посадках. А на третий день утром пришел домой. И когда хозяин вышел из дома, взял в зубы ременный ошейник с цепью и подал ему. Опешивший Иван молча привязал собаку.
В. Исаев
Похожие статьи:
Комментарии