Ягдташ

Интернет-журнал

29-е июня

Петров день, пожалуй, самый популярный в России охотничий праздник, но значение его постепенно идет на убыль. Официально до издания закона 3 февраля 1892 года он был днем открытия охоты, вообще, а затем днем открытия летнего сезона. Первый по времени русский закон об охоте, изданный в 1763 году, воспрещал всякую вообще стрельбу, всякую ловлю всех птиц и зверей (кроме хищных), с 1 марта по Петров день. В течение последующих 130 лет из этого чрезвычайно общего указа екатерининских времен были сделаны по многочисленным и настойчивым просьбам охотников и охотничьих обществ всяческие частичные «изъятия», касавшихся главным образом охоты в весеннее время.

И когда в восьмидесятых годах прошлого столетия был поднят, наконец, вопрос об издании нового, более отвечающего требованиям жизни охотничьего закона, правительство не могло не принять во внимание всех вышеупомянутых ходатайств. «Правилами» 3 февраля 1892 года были разрешены некоторые виды весенней охоты и Петров день стал после этого днем официального открытия летнего сезона.

Однако, по мере развития орнитологии, по мере накопления наблюдений над жизнью птиц в различных местностях постепенно выяснилось, что срок этот далеко не для всех районов России является своевременным, что начинать стрельбу даже болотной и водяной птицы 29 июня можно по совести только в губерниях южной полосы, тогда как в центре в этот день часто бывает даже при нормальной весне много нелетной молодежи, а на севере – даже и гнезд с яйцами.

Вследствие этих причин охотникам, например, средней России в Петров день часто приходится натыкаться на дичь для стрельбы негодную, бескрылую; на поршков и шлепунов. Очень часто это ведет к поголовному истреблению беззащитной птицы, так как даже среди интеллигентных российских немвродов все еще немало людей некультурных, неспособных удержаться от выстрела по матке, отводящей собаку от гнезда с пуховыми птенцами, от посыла своего «Боя» или «Микадо» на ловлю ныряющих утят. Из богатейшей галереи сцен, иллюстрирующих безобразное поведение на охоте в Петров день городских интеллигентных как будто людей, сейчас особенно ярко встает, в памяти одна, имевшая место несколько лет тому назад. Часов около 6 утра по малиновскому заливу Сенежскаго озера (Клинский уезд, Московской губ.) среди густой, но невысокой прибрежной осоки пробирались на лодке трое очень и очень культурных на вид спортсменов. Наскочили на выводок крякв. Сшибли (четвертым выстрелом) закружившуюся над ними матку. Пустили собак, кровных пойнтера и ирландца. Пойнтер живо подал довольно крупного утенка-шлепуна. Почтенный господин седой наружности в круглых очках взял бившегося птенца, хладнокровно стукнул его головкой о борт и бросил в ящик… Той же участи подверглись еще 2 или 3 утенка… Затем из прибрежных кустов орешника по слышалось возмущенное: «да будет вам… звери!» и выскочил молодой человек свирепого вида. После краткой, но весьма бурной перепалки, в о время которой непрошенному блюстителю охотничьей этики грозили и высылкой «за хулиганство» (!), и немедленным угощением дробью, и разными другими приятными вещами, господа культурного вида… снова принялись за ловлю утят… Фамилий этих безобразников установить не удалось… Аналогичный случай произошел тоже в Петров день на том же озере, но только в другом месте через год, кажется, при чем свидетелями бойни были уже двое «молодых людей»… Вскоре после этого озеро было арендовано в единоличное пользование и охота на нем «посторонним людям» была строжайше воспрещена…

Нормальных весен, однако, бывает немного; часто весна у нас то начинается очень поздно, то, начавшись рано, угощает в апреле, в мае резкими заморозками, иногда сопровождающимися выпадением нешуточного, по 2-3 суток лежащего снега. Такие же милые сюрпризы иногда преподносят и обычно в первых стадиях протекающие весны. Благодаря позднему наступлению тепла задерживается пролет, запаздывают тока и кладка яиц, матки поздно приступают к выводу. Если же во время раннего насиживания или даже появления птенцов неожиданно ударять холода, поморозят яйца, побьют молодежь, самки часто приступают ко вторичной кладке и в этом случае даже в июне бывает у нас немало гнезд с яйцами. Тут уж достаточно одного шага, чтобы сразу против всякого желания уничтожить 8-10 бекасов, уток, кроншнепов и т.п.; к таким же результатам приводит, конечно, при данных условиях и выстрел по вылетевшей из-под стойки матке. Узнать, что она – наседка, так же почти немыслимо, как увидать искусно спрятанное в густой, высокой траве или в кустах между кочками бекасиное гнездо. Что-то слабо хрустнет под сапогом, обыкновенно и вниманья не обратишь. Выскочит бекас или утка, стукнешь, убьешь, а это может быть самка, спугнутая с яиц… Кроме того, молодые или вообще неделикатные собаки сплошь и рядом едят яйца и давят птенцов; уследить за ними часто нет никакой возможности. При таких обстоятельствах уже одна только ходьба по болотам даже самых осторожнейших и культурнейших охотников, несомненно, может быть вреднее, истребительнее любой тоже законной весенней охоты; а между тем в Петров день обычно происходят прямо-таки массовые, никогда, ни в какие другие сезоны не наблюдающиеся «высыпки» городских спортсменов… И большинство с собаками!…

Принимая во внимание все вышеотмеченные условия и учитывая вместе с тем значительную «жестокость нравов», надо сознаться, что открытие летнего сезона 29 июня даже и для средней России, не говоря уже о районах более северных, иногда является несколько преждевременной.

А. С-кий.

Журнал «Охотничий вестник», 1914 год.


Похожие статьи:

Комментарии

Оставьте комментарий